кандидат болтологических наук (kenichi_kitsune) wrote,
кандидат болтологических наук
kenichi_kitsune

Categories:

Об остроте персонажей

Персонажи в художественном произведении должны быть всегда острее, чем живые люди. Более утрированными, более контрастными, более выразительными. Даже если ключевой аспект героя – его невыразительность, это должна быть категорическая невыразительность. Как у чеховского Беликова или купринского Цвета. А уж если герой склонен совершать поступки или хотя бы размышления – он должен быть просто over the top.



Работая над Тентаклиадой, я допустил принципиальную ошибку. С одной стороны, придерживаясь позиции «героев нужно любить», а с другой – пытаясь порвать фэнтезийную «низкоштильную» жанровость, я думал только о том, как сделать их настоящими и реалистическими, как дать им выговориться. В результате – скорее всего – обрёк их на некоторую скучность. Излишняя привязанность к персонажу может испортить последнего, как, скажем, это происходит у Мартина с Дейенерис. Подсознательно переживая за любимчиков, ты ему тут не позволяешь сказать глупость, там спасаешь из безвыходного положения, и получается уже не так интересно, как могло бы быть.


К сожалению, законы симпатий и увлечений в реальности работают совсем не так, как в рукотворной выдумке. Смотришь, например, на закат над слиянием двух рек – красиво, изыскано, трансцендентально! Попробуешь сфотографировать, с соблюдением всех канонов цвета и композиции, и даже с прямыми руками – и зубы сводит от пошлости. Или: Аска из Евангелиона – абсолютная богиня; но, привнесённая в жизнь не деликатно, рискует превратиться в обычную невоздержанную школьницу. Или наоборот: добрая, милая, заботливая девушка из повседневности в любом традиционном рыцарском романе оборачивается страшной занудой и человеческого интереса уже не возбуждает.

Это связано с тем, что между читателем/зрителем и твоим произведением стоит толстенная ватная стена в виде средства коммуникации – да ещё и авторского языка. Читателю/зрителю нужно приложить усилие, чтобы впустить героев в сердце и разум. Между живущим человеком и его жизнью такой стены нет, равно как и нет её между автором и собственным произведением. Чтобы достучаться, доползти – персонажи из книги должны быть устроены чуточку иначе, чем те, каких мы встречаем на улице или у себя дома.

Как быть? Диверсифицировать системы координат и ориентиров. Беспощадно. Писать характеры жёстче и ярче, помещать их в ситуации сложные и бескомпромиссные – в общем, делать всё то, что в жизни ни за что бы не захотелось. Это похоже на практику полиграфиста: распечатанная картинка будет выглядеть совсем не как на экране в Иллюстраторе. Скорее всего, она получится темнее, бледнее и грязнее. Подготовка макета для печати идентична сочинению персонажа: в первом случае дизайнер держит в уме особенности печатной машины и корректирует макет в соответствии с ними; во втором случае автор учитывает особенности своего медиаинструмента (текста, изображения, звука или, пардон, геймплея). Тогда всё получается.

P.S.: С другой стороны, Костя Лёвин ужасно раздражает своей импульсивной overthetop'овостью.

P.P.S.: С третьей стороны, это уже не равнодушие, уже не скука. А значит, всё верно.
Tags: книги, мысли, теория
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments