кандидат болтологических наук (kenichi_kitsune) wrote,
кандидат болтологических наук
kenichi_kitsune

Categories:

О любви

И вот она, наконец, давно обещанная попытка научить жизни, объять необъятное и ответить на вопрос про сорок два. Сегодня говорим о любви. Разумеется, говорить мы будем не о любви к друзьям, поэзии или отечеству, а как раз о той, по которой все обычно так жаждут слайдов. И сделаем мы это не из соображений конъюнктуры и повышения рейтингов, а исключительно по той причине, что именно такая любовь вобрала в себя, в том числе, те аспекты и свойства, какие присущи всем другим видам любви, обладая при этом и совершенно уникальными.

На всякий случай: я отнюдь не собираюсь в этой крошечной лекции претендовать на всенепременную объективность – как и в любой другой крошечной лекции, которую я время от времени излагаю. В глубине души, признаться, я всегда с недоумением относился к необходимости постоянно вставлять в речь словосочетания, вроде «имхо», «на мой взгляд», «как мне кажется». То есть, я сам постоянно использую эти обороты – но исключительно потому, что меня к такому ритуалу вынуждает сообщество человеков и ну просто запредельная какая-то вежливость! В самом деле, очевидно: если индивид говорит хоть что-то (что бы он там ни говорил), это априори означает его взгляд, его мнение, его точку зрения – и ничего больше!

Также я не претендую здесь на обязательную серьёзность. Хотя всё, что тут будет описано и обрисовано, выстрадано в поту и в кровавых слезах и до сих пор не нашло конструктивного опровержения в рядах друзей и коллег, всё же рекомендую при прочтении запастись доброй бугагашенькой; когда серьёзность зашкаливает – сразу становится уныло и скучно. Так к предмету, друзья, к предмету!





Любовь, как бы мы её ни крутили перед приготовлением над сковородкой, всегда формируется четырьмя основополагающими ингредиентами. В нашей квазинаучной диаграмме они обозначены по часовой стрелке Кошками, Госпожой, Мистером и Миссис Смитами и Человеком-Пауком – для наглядности и удобства. Пропорции ингредиентов, разумеется, могут варьироваться как угодно, от случая к случаю, что и обеспечивает уникальную неповторимость, равно как и неповторимую уникальность, любовного чувства. И к слову о чувствах: настоящая любовь – это, конечно же, не «чувство» в чистом виде. Как следует из нашей квазинаучной диаграммы, любовь существует на стыке сознательного разума (поле внизу) и бесконтрольной чувственной химии (поле вверху). Это очень важно понимать. Любимый человек никогда не станет по-настоящему любимым, если он – просто страстный порыв, каким бы горячим и мощным такой порыв ни был. Любовь (как и сами знаете что) – это осознанная необходимость. Именно поэтому двумя своими атрибутами любовь окунается из космоса эмоций в пучину здравого рассудка. Но делает она это, как мы видим, не строго наполовину: если влюблённость и сексуальность существуют исключительно в чувственном мире химии, то доверие и ответственность пребывают на границе бурного и рационального. Почему это так, давайте рассмотрим подробнее.

Влюблённость.



Влюблённость известна каждому, но её очень часто путают и смешивают с другими ощущениями – просто потому, что обычно влюблённость приходит с целым букетом разнообразных иных эмоций. Однако она прекрасно может существовать и без них.

Чаще всего влюблённость мешают в одну кучу с сексуальностью. Это не так, друзья. Это совершенно разная химия (1). Приведу пример из личного опыта. Моей первой настоящей, захлёстывающей с головой, безумной влюблённостью была Русалочка Ариэль. Та самая. Я не спал ночами, я бредил, я грезил, я смеялся, я плакал. В животе у меня бессовестно щекотались бабочки. Я молился на фильм «Кто подставил кролика Роджера?», потому что он показывал возможность сосуществования людей и мультяшек в одном общем, нетрансцендентном мире! Когда по утрам начали показывать значительно проигрывающий оригинальному мультфильму про Русалочку сериал – я пропускал школу, я старался быть настолько заболевшим, насколько это возможно, лишь бы увидеть её лишний разок! Так вот, друзья. Секс здесь был совершенно не причём. В эротическом смысле меня в детстве всегда волновали амазонки и Женщина-кошка. В то же самое время. И это, друзья, абсолютно иные бабочки. И щекотались они, поверьте, отнюдь не в животе!

Второе свойство влюблённости – это переменчивость (2). Химия – есть химия, ничего не поделаешь. Чувства могут угасать, выцветать, скучнеть, успокаиваться. Однако, обратите внимание, влюблённость переменчива, но не конечна. Разумеется, в миллионе случаев она может угаснуть насовсем. Но это не абсолютное правило. Потухая, чувства могут затем вспыхнуть так ярко, как и не горели раньше. Причём не в другом месте, не с другим человеком, нет. Здесь же и сейчас же. Слишком многое взаимосвязано в жизни: настроение, события, здоровье. И поскольку влюблённость – это чистая эмоция, она абсолютно чутка к любым изменениям и перепадам, как сторонним, так и внутренним. Более того, человек сам может убивать свою влюблённость, поддавшись настроению и бесполезным мыслям. Например, экстремальным демонстрантом такой синусоидальности является Костя Левин из неодноимённого романа Толстого. Внезапно проснувшись, взглянув на любимого человека рядом и заметив, что чувства к нему – уже не торт, человек начинает переживать, загоняться на тему фатализма и того, что завяли помидоры. От этих мыслей влюблённость, ещё имевшая шанс восстать из пепла, оказывается обречённой. И наоборот: случайно взглянув на родного человека после череды депрессий и несостыковок, вдруг можно осознать, насколько ты влюблён и как тебе хорошо.

Сексуальность.



Второй химический ингредиент любви. Мы уже научились отделять его от влюблённости. Мы с вами умнички. Что помимо этого? Помимо этого нужно понимать, что сексуальность – это искусство (1). На эту тему я однажды написал некоторый текст – вот он – в котором всё подробно разъяснил. И доходчиво. Чему очень рад, спасибо. Человеческая сексуальность, в отличие от животной (суть которой – исключительная биология), это биология, помноженная на многовековую культуру. И хоть сексуальность остаётся сугубо эмоцией, её проявления зависят от множества культурных триггеров и якорей, которые мы с детства наращиваем с воспитанием, с окружением, с событиями жизни. Поэтому и на выходе проявления сексуальности оказываются таким же культурным деянием, таким же творческим процессом, как и написание картины или приготовление изысканного блюда.

Далее – секс, как акт, здесь не при делах (2). Сочленение поршней может иметь место, а может этого места и не иметь: на сексуальность отсутствие секса никак не влияет. Двое людей могут не иметь возможности быть близкими физически и интимно – по причинам ли здоровья, общества, морали, дефицита времени или избытка географии – но запросто могут ощущать сексуальность друг друга и преисполняться ею до головокружения. Поэтому, когда нас с вами (образованных, начитавшихся статеек от Кеничи Кицуне, людей) спрашивают, а бывает ли любовь без секса, мы честно можем ответить: без влечения – нет, а вот без секса – запросто!

Ну и третий момент, позаимствованный сексуальностью у влюблённости: переменчивость (3). Поскольку и влюблённость, и сексуальность – суть химия – дискретная природа свойственна и той, и другой. Правда, в случае с сексуальностью перепады случаются чаще; если угасание и вспыхивание влюблённости исчисляется месяцами, то счёт сексуального пульса идёт на дни и часы. Но, как и у влюблённости, ни о какой фатальной конечности здесь говорить не стоит. Как пропало, так и появится вновь. Главное, не накручивать. Ну и желательно не стареть раньше времени. Говорят, старость в интимных делах является единственным фатальным камнем. Но даже и в случае окончательного падения интереса, накручивать всё же не нужно: в конце концов, у нас всегда остаётся кулинария!

Ответственность.



Многие (особенно современные) люди воспринимают ответственность, как некую навязанную ношу, обязанность, которую нужно нести нехотя и со скрипом. Например, в нихонском обществе существуют так называемые нормы уважения и ответственности гири-ниндзё. Старшее поколение воспринимает их абсолютно естественно, как неотъемлемой атрибут жизни, как сон, завтрак, почесаться или покакать. А молодёжь признаёт уже только ниндзё (неформальные правила уважения), а сверхтрадиционные гири уже считает чем-то навязанным. Из-за этого вот ощущения противоестественной навязанности, многие думают, что ответственности в любви места быть не может: мол, приходится что-то через силу – значит, и не любовь это уже вовсе. Заблуждение, друзья, причём с обоих концов.

Во-первых, любовь вообще – это труд. Это не полёт на розовом единороге по радуге с кофейком и печеньками. Это непростой труд, работа ума и сердца, в котором ты и твой возлюбленный становятся лучше. Ну, как при ефремовском или стругацковском коммунизме. Поэтому если кому-то лень почесать задницу в смысле ответственности за любимого – значит, этот кто-то просто не ведает любви.

Во-вторых, ответственность – это не то, что навязано и что делать не хочется. Когда человек берёт на себя ответственность, он делает это не потому, что «так надо». Он делает это потому, что иначе просто не может. Потому что он не в силах на уровне инстинктов позволить, чтобы с любимым что-то случилось. В этом смысле наша любовь совсем неотличима от других видов любви: в любом самоотверженном служении всегда присутствует эгоизм. Мы жертвуем собой во имя кого-то или чего-то, потому что «не можем» не принести эту жертву; потому что эмоционально это нужно и нам. Это биологическая потребность, друзья (1). Самец каракатицы никогда не бросает свою возлюбленную, угодившую в сети. Презрев страх за свою жизнь, инстинкт самосохранения и прочие животные свойства, он остаётся рядом с нею до самого конца. Как написал Шварц, «они не могут иначе».

Ответственность лежит на стыке разумного (осознанного) и чувственного (эмоционального). Ответственность – это сознательное решение, но продиктовано оно внутренней невозможностью поступить иначе. Поэтому ответственность – какой бы альтруистичной она ни казалась – это разумный эгоизм (2). Мой любимый Зидан Трайбал (что косит на вас сейчас лиловым глазом с аватарки) говорит: «Не нужно искать причин, чтобы помогать людям». Он альтруистичен, но вместе с тем и жуткий эгоист: он понимает, что помогает, в первую очередь, себе. Ответственность, как элемент любви, похожа на Зидана Трайбала: она необходима и приятна обоим.


Доверие.



Доверие – это, пожалуй, краеугольный камень любви. Оно – основа основ. Именно в доверии происходит истинное слияние разумного и чувственного. И нет в природе более наглядной и глубокой иллюстрации диалектики, чем доверие. Единство противоположностей здесь повсюду.

Во-первых, доверие всегда двунаправлено: это и способность взять на себя груз тайн, проблем и переживаний любимого; это и умение самому открыться максимально честно и глубоко. В этом смысле, например, доверие является квинтэссенцией БДСМ-ных практик (а вовсе не плётки с кожаными ошейниками, как полагают многие, не слишком образованные обитатели мира людей): именно абсолютное доверие, возможность безоговорочно вверить себя другому человеку (и наоборот) является здесь источником фантазийной чувственности.

Во-вторых, доверие одновременно и награда, и испытание. Когда мы говорили, что любовь – это труд, в первую очередь, она – труд, благодаря доверию (1). Далеко не всякий и далеко не сразу умеет без оглядки доверится. С одной стороны, это и хорошо – защитный механизм против лохотронщиков, имя которым легион; с другой стороны, это ужасно, поскольку мешает разгореться любви, когда рядом появляется человек всецело достойный нашего доверия. Мы мнительны, мы осторожны, мы суеверны, мы тащим на себе багаж прошлых ошибок и прочей ерунды. И конечно же мы боимся доверять. Но мы обязательно должны учиться этому. Иметь смелость раздеться до нага, сбросить коконы стереотипов из брони, стекла и бумаги – и отважно нырнуть - и определяет уровень доверия между людьми. И точно так же далеко не всякий и далеко не сразу умеет принять доверие другого. Помогать, думать, находить решения и пути выхода тараканов из головы – когда это не твои тараканы и не твоя голова – непросто. Но этому тоже нужно учиться, иначе просто никак. Потому что доверие – не только работа, но и потребность (2). Преодолев лень ума и души, мы получаем невероятное богатство бытия, о котором раньше, будучи запертыми в индивидуальных коконах мнительности, даже и не подозревали. А в том, чтобы не ранить любимого своей откровенностью и чтобы выдержать его откровенность, нам помогают все три вышеупомянутых сегмента любви.

Таким образом, становится очевидно, что любовь – это всегда союз разума и сердца. И хоть чувственности здесь всегда будет больше, без мысли, без доброго скрежета ленивых извилин любовь никогда не станет полной, не станет настоящей. Никогда не забывайте об этом. Засим спасибо, ваши конспекты я проверю на следующей паре :-*
Tags: мысли, теория
Subscribe

  • Авангардный гностицизм Æon Flux

    На исходе 90-х, эпохе, вопреки когнитивным поверьям, живой и уникальной, по Mtv показывали некоторые экспериментальные анимации, которые пробовали…

  • Поучительно-ретроспективое о Кровавом бароне

    Недавно я обнаружил, симпатичнейшие мои, как много лет назад в комментариях к одной из заметок рассказывал друзьям о том, чем же меня так поразила…

  • О фильмах, гранями мерцая

    Напоминаю, симпатичнейшие мои, что при нажатии на обворожительную Мишель «Honey, I'm home» Пфайффер в заглавной записи журнала вашему вниманию и…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 7 comments