October 1st, 2013

Уютная темнота

С самого детства я не боялся выключать свет на ночь. Обычно боязнь темноты связана с неизвестностью: тьма кромешна, мы не можем увидеть и оценить её, из неё на нас может выпрыгнуть что угодно и затащить к себе, холодными липкими педипальпами, замышляя недоброе. При этом человек, страшащийся темноты, всегда позиционирует себя снаружи. А у меня всегда всё было наоборот: я сам находился во тьме.

Один раз, когда мы с папиными приятелями сидели в Заскочихе около костра, я заметил, как это удивительно: рядом с огнём пытаться вглядываться в черноту леса вокруг - бессмысленно, она полностью непроницаема для тебя. Но стоит уйти от костра в эту самую черноту и обернуться, всё переворачивается с ног на голову: весь мир становится как на ладони, подсвеченный оранжевыми тёплыми пятными, а ты сам - становишься невидим. Темень как будто окутывает тебя тёплым одеялом, словно мягкой второй кожей - и в ней ты чувствуешь себя незримым, неподсудным и недоступным окружающей действительности.

Однажды во дворе мы играли в прятки, и я затаился в куче опавших листьев под тополем, рядом с пешеходной тропинкой. Лежал не шелохнувшись, всем существом понимая, как превращаюсь в эти осенние листья. Кирюша с пятого этажа, с заткнутой за спиной в ворот майки палкой и деревянными кунаями за резинкой штанов, пробежал в полуметре от моего носа, даже не взглянув в мою сторону. Не передать словами то ощущение всесилия и запредельного могущества, которое наполнило меня в тот момент. Невидимость превращала в бога.

Когда мне приходилось возвращаться домой в позднее время суток, по моим неспокойным районам - лакунам маргинального домостроя, я всегда выбирал (наверное, опять же наперекор статистике и первому порыву многих) тот маршрут, что был наименее освещён сутулыми фонарями. Я понимал, что в неровном уличном свете становлюсь желанной добычей затаившейся гопоты, быдла, пульсирующего в ночи, как хтоническое божество. А в тени - я невидим, стремителен и недоступен для зла. Тень в моих родных подворотнях всегда была своеобразным порталом, в который я нырял, желая поскорее очутиться дома; фонарь же - ловушкой, тенетом света, расставленным коварными тарантулами.

Сегодня, сидючи дома в полной тишине и с выключенным светом, я опять ощутил эту заботливую, тёплую пелену, которая окутывает тебя снаружи, согревает изнутри и поселяет в душе уверенность.

Наверное, поэтому я так неравнодушен к разного рода ниндзя, осьминогам, бэтменам и женщинам-кошкам. Просто я очень хорошо понимаю, каково им, и какое это наслаждение.