кандидат болтологических наук (kenichi_kitsune) wrote,
кандидат болтологических наук
kenichi_kitsune

Categories:

О свободе

Большинство проблем в дискуссиях между человеками возникает из-за неясности определений. Один пламенный оратор руководствуется одними представлениями о предмете, его поединщик – принципиально иными, и оба глубоко убеждены в очевидности собственного термина. И дело даже не в том, что своё определение человек всегда считает незыблемым и единственно верным: наоборот, он или она, быть может, и рады были бы изменить его, скорректировать: но просто даже не задумываются о том, что возможна какая-то иная трактовка. Поэтому очень важно всегда проговорить понятийно-категориальный аппарат заранее, во избежание нелепости.

Сегодня я расскажу вам про свободу, симпатичнейшие мои, поскольку слишком часто наблюдаю, как неточно понимают это слово (неточно, разумеется, в рамках моего изысканного представления о жизни, вселенной и вообще).



Свобода как многообразие возможностей.
Проще всего объяснить, что такое свобода, от противного, озвучив то, чем свобода уж точно не является. В первую очередь, свобода не тождественна воле, вседозволенности. Это очень важно понимать, потому что в быту мы часто уподобляем эти понятия друг другу. Свобода не только не подобна воле, зачастую она ей прямо противоположна. Всё дело в том, что свобода главным (и единственным по сути) образом связана с возможностью делать выбор. Количество и качество доступных опций выбора и определяют уровень свободы человека: как внутренней, так и внешней, как личностной, так и социальной, интеллектуальной, политической и т.д. Казалось бы, всё это применимо и к вседозволенности: чем меньше у человека запретов, чем больше он может делать что хочет, тем богаче палитра его выбора.

На практике это не так. В условиях вседозволенности и отсутствия границ человек склонен выбирать из всего многообразия вариантов наиболее доступные и простые, работающие здесь и сейчас: либо ведущие к сиюминутному удовольствию, либо к решению очень близко лежащих задач. Тем самым человек полностью отрезает себя от той части спектра возможностей, которая становится доступна лишь при выборе более сложных и неочевидных вариантов. Есть известная популистская мысль о том, что бедняки или, например, дикари намного свободнее, чем богатые или цивилизованные люди, поскольку им неведомы оковы денег, социальных ритуалов, жестоких законов и прочего. Разумеется, это заблуждение: вариантов выбора у богатого человека всегда больше (среди них и возможность стать «бедняком»), как и опций развития в различных направлениях у образованного человека (в том числе и возможность стать «дикарём»: дауншифтинг, ансукулинг и прочий возврат к природе). Помните, в старой арабской сказке магрибинец у костра предлагает голодному Аладдину любое блюдо, какое тот ни пожелает; и поскольку Аладдин всегда употреблял только одну пищу (и то редко) – варёные бобы с конопляным маслом, – он заказывает варёные бобы с конопляным маслом. Когда же магрибинец предлагает ему отведать жареных цыплят, и рис с мёдом, и баранину, и халву, и фиников, Аладдин восклицает: «Да, да, я всего этого хочу, дяденька!» – поскольку многообразие его выбора резко выросло вместе с осведомлённостью и внезапным (пусть и временным) богатством.

Свобода подразумевает ограничение.
Но это волшебная сказка: в реальной жизни для того, чтобы получить доступ к богатству (и образованию, как одному из видов богатства), нам требуется поступиться своей свободой: учиться, работать, напрягаться интеллектуально и физически, ограничивать себя ради последующего рывка – количественного и качественного. Но свободой ли мы поступаемся? В том-то и дело, что нет: мы поступаемся волей, вседозволенностью, а по сути праздностью. В этом принципиальное различие между свободой и волей: вседозволенность (делаю что хочу) не подразумевает никаких ограничений и это, как в случае с Аладдином и любым «незакабалённым обществом потребления» условным бедняком, лишает индивида того разнообразия опций, которое дарует богатство/образование. В свою очередь, свобода (суть которой, как мы договорились, в количестве и качестве выбора) предполагает выставление локальных ограничителей (мы заставляем себя грызть науку, оттачивать навыки, общаться с людьми, делать зарядку, добиваться сложных целей), для стремительного расширения вариативности. Поэтому если кто-то в дискуссии попробует указать вам на то, что, мол, какая же это свобода, если приходится себя постоянно ограничивать, решительно смейтесь оппоненту в лицо: он путает понятия.

Разумеется, есть огромное количество примеров, когда тот или иной миф (рекламный, корпоративный, религиозный, государственный) убеждает нас ограничивать себя ради мнимых возможностей, и по факту увеличения вариативности жизненного выбора не происходит: но подобные мифы уже не имеют отношения к свободе.

Свобода как луч.
И последнее. Регулярно в обсуждении свободы возникает вопрос: что такое полная свобода? Доколе вы будете, ненасытные человеки, требовать всё большей и большей свободы? Исходя из вышесказанного, вопрос этот сам по себе не очень корректен. Если рассматривать свободу в количественном смысле (больше свободы, меньше свободы), то «объём» или «размер» свободы будет выражаться в количестве и качестве доступных возможностей и вариантов жизни человека. Поэтому нельзя говорить о максимальной свободе, о некой финальной точке, ведь собственные возможности можно расширять бесконечно. О свободе следует говорить как о математическом луче, где за точку начала принимается условная (!) несвобода (тоже, к слову, явление довольно туманное), но конца при этом нет. Возможностей может быть больше или меньше, но не максимально. В ответ на вопрос, к какой свободе вы стремитесь, можно ставить лишь локальные, промежуточные цели на этом луче: всегда будет ситуация, когда кто-то и где-то обладает большей свободой, а кто-то и где-то – меньшей.

Итак, я определяю свободу тремя характеристиками:
- многообразие возможностей (больше возможностей – больше свободы, и наоборот);
- обязательное наличие ограничений или запретов, как одного из инструментов увеличения многообразия возможностей (поэтому свобода не тождественна вседозволенности);
- отсутствие кондиции максимума или предела (всегда может быть больше или меньше свободы, но никогда – максимально).

Я совершенно не настаиваю на том, чтобы все и мгновенно приняли эту трактовку в качестве единственно верной; просто в собственных размышлениях я всегда рассматриваю свободу именно так, потому и посчитал нужным разъяснить нюансы во избежание пустопорожнего.

__________
Ещё теоретизирования:
Зона комфорта - трамплин для рывка. Зона надрыва - нет
О сильных правителях
О технике вранья
О любви
О парадоксе всемогущества
О маловысокохудожественном
О недиалектичности добра и зла
О разнице металитетов
О мифологическом симулякре
Tags: теория
Subscribe

  • Про честь и деньги

    Вообще, ребята, я хотел сегодня с вами поделиться соображениями на предмет зла и добра (продолжая, так сказать, вот этот формат), но, раз уж на…

  • Авангардный гностицизм Æon Flux

    На исходе 90-х, эпохе, вопреки когнитивным поверьям, живой и уникальной, по Mtv показывали некоторые экспериментальные анимации, которые пробовали…

  • Поучительно-ретроспективое о Кровавом бароне

    Недавно я обнаружил, симпатичнейшие мои, как много лет назад в комментариях к одной из заметок рассказывал друзьям о том, чем же меня так поразила…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 14 comments

  • Про честь и деньги

    Вообще, ребята, я хотел сегодня с вами поделиться соображениями на предмет зла и добра (продолжая, так сказать, вот этот формат), но, раз уж на…

  • Авангардный гностицизм Æon Flux

    На исходе 90-х, эпохе, вопреки когнитивным поверьям, живой и уникальной, по Mtv показывали некоторые экспериментальные анимации, которые пробовали…

  • Поучительно-ретроспективое о Кровавом бароне

    Недавно я обнаружил, симпатичнейшие мои, как много лет назад в комментариях к одной из заметок рассказывал друзьям о том, чем же меня так поразила…